Ночь, диктофон и признание
Ночная комната, на столе крутится плёнка в диктофоне. Репортёр Дэниел Моллой, который делает материалы для радио, ждёт от собеседника чего-нибудь странного, но к такому он не готов. Человек напротив спокойно объясняет, что он вампир, и просит дать ему рассказать всё с самого начала.
Так устроен весь фильм Нила Джордана. Мы почти не видим событий «как они были» — мы слышим и видим версию Луи. Он сам выбирает, с чего начать, о чём умолчать и кого показать в выгодном свете. Рамка интервью превращает историю о вампирах в исповедь, а исповедь всегда немного оправдание.
Начало у этой исповеди тихое и горькое. 1791 год, Луизиана. Молодой плантатор Луи теряет жену и ребёнка и после этого перестаёт держаться за жизнь: ему всё равно, что с ним будет, и он пускается во все тяжкие. В один из таких вечеров на его пути появляется Лестат — вампир из Старого Света, который предлагает ему «родиться для мрака» и не стареть никогда.
Луи соглашается и сразу же жалеет. Лестат наслаждается охотой, Луи не может заставить себя убить человека и долго питается кровью крыс. С этого противоречия и начинается история, которая займёт почти два столетия и 123 минуты экранного времени.
Слоган фильма — «Испей моей крови и живи вечно» — звучит как заманчивое предложение. Весь рассказ Луи о том, во что оно обходится: вечность оказывается длинной чередой потерь, а единственный, кто рядом всё это время, — тот, кто его обратил.
От рассказа 1969 года к бестселлеру
Литературная основа фильма — роман Энн Райс «Интервью с вампиром», изданный в 1976 году. Но написан он был не сразу. В 1969 году Райс сочинила короткий рассказ, в 1973-м переработала его в роман, а ещё через год с небольшим издательство «Нопф» предложило ей за публикацию 12 000 долларов. Книга стала бестселлером и началом целого цикла, отсюда и полное оригинальное название картины — Interview with the Vampire: The Vampire Chronicles, «Вампирские хроники».
В романе Райс спрятала несколько личных примет. День рождения Луи совпадает с её собственным, 4 октября. Лестат родился 7 ноября, в один день со Стэном Райсом. Выходит, что два главных вампира книги получили даты рождения от двух реальных людей из жизни автора.
Двести лет одной исповеди
История Луи движется по векам и континентам. Её удобно разложить на несколько остановок — без финала, который лучше увидеть самому.
- Луизиана, конец XVIII века. Плантация, утрата семьи, встреча с Лестатом и превращение. Луи учится жить по-новому, но не учится убивать.
- Новый Орлеан. Город охвачен чумой. Здесь Луи впервые срывается и пьёт кровь девочки Клаудии, потерявшей мать, а Лестат превращает её в вампира, чтобы удержать Луи рядом. У странной «семьи» появляется дочь.
- Долгие годы в особняке. Клаудия остаётся ребёнком, хотя внутри неё взрослеет женщина. Ей всё труднее мириться с тем, что её тело навсегда застыло, а Лестат продолжает управлять жизнью всех троих.
- Дорога в Старый Свет. Луи и Клаудия плывут в Европу искать других вампиров и долго не находят никого.
- Париж. Арман в исполнении Антонио Бандераса, которому больше 400 лет, руководит труппой вампиров и устраивает театральные представления. У Луи к нему много вопросов: кто они такие и зачем живут.
- Наши дни, Америка. Луи возвращается за океан и рассказывает всё это Моллою — человеку, который поначалу слушает его как автор будущей сенсации.
Кто мог стать Лестатом и Клаудией
Состав фильма собран из звёзд середины 1990-х: Том Круз, Брэд Питт, Антонио Бандерас, Кристиан Слэйтер, Стивен Ри и совсем юная Кирстен Данст. Но несколько ролей могли достаться другим. Журналиста Моллоя собирался играть Ривер Феникс, но он умер до съёмок, и роль перешла к Слэйтеру.
Лестат
На роль Лестата приглашали Джонни Деппа. В итоге её получил Том Круз, и критики встретили его работу тепло — вместе с операторской работой и декорациями игру Круза называли среди главных достоинств фильма. Лестат у Круза властный, насмешливый, капризный и при этом по-своему одинокий: он создаёт себе спутников именно потому, что не выносит одиночества.
Клаудия
На роль Клаудии пробовалась Кристина Риччи, но сыграла её Кирстен Данст. Задача была сложная: показать взрослого, озлобленного человека, запертого в теле ребёнка. Сюжет даёт ей одну из самых жутких деталей фильма: Клаудия пытается остричь волосы, а через минуту они отрастают снова. Время для неё остановилось, и даже ножницы ничего не могут изменить. Именно игру Данст рецензенты выделяли вместе с работой Круза. Её номинировали на «Золотой глобус» за лучшую женскую роль второго плана, а на премиях «Сатурн» и MTV Movie Awards она получила награды как лучшая молодая актриса и прорыв года.
Декорации, музыка и номинации
Больше всего наград фильм собрал не за сюжет, а за то, как он выглядит. Художник-постановщик Данте Ферретти вместе с Франческой Ло Скьяво создали мир фильма — от Луизианы XVIII века до парижских катакомб, где обитает труппа Армана. За эту работу они получили номинацию на «Оскар», а Ферретти ещё и выиграл BAFTA. Вторую британскую награду фильму принёс оператор Филипп Руссело.
Музыку написал Эллиот Голденталь. Его партитуру номинировали и на «Оскар», и на «Золотой глобус». Костюмы Сэнди Пауэлл отметили на BAFTA номинацией, а на «Сатурне» — наградой. Там же победил грим Рика Бейкера и Ве Нилл, а сам фильм был признан лучшим фильмом ужасов года.
Нил Джордан, Брэд Питт и Том Круз тоже значились в номинациях «Сатурна», но награды им не достались. Касса тоже не подвела: при бюджете 60 млн долларов картина собрала в мире около 223,7 млн, а в России вышла 10 ноября 1994 года.
Как приняли
Отзывы критиков разделились, хотя чаще были доброжелательными. На Rotten Tomatoes у фильма 65 % одобрения по 63 рецензиям со средней оценкой 6 из 10. Сводное мнение сайта признаёт, что экранизация теряет часть нюансов книги и не во всём удачна по кастингу, но выигрывает за счёт атмосферной режиссуры Джордана и готических эффектов. На Metacritic — 62 балла из 100 по 20 рецензиям. Американские зрители после премьеры поставили фильму B+.
Претензии в рецензиях повторялись. Несколько авторов писали, что в третьем акте повествование теряет темп, а сжатая экранизация не всегда объясняет, почему герои поступают так, а не иначе.
Самый интересный разбор оставил Роджер Эберт, оценивший картину в три звезды из четырёх. Он писал, что фильм показывает вампиризм только как бесконечную печаль и именно в этом его сила: экранные вампиры обычно хохочут над миром, а здесь никто не радуется своему бессмертию.
Не обошлось и без громких реакций. Опра Уинфри ушла с предпремьерного показа через 10 минут после начала: ей показалось слишком много крови и мрака. Сегодня зрители оценивают фильм в 8.0 — заметно выше, чем критики в год выхода.
Если хочется сравнить, как менялся экранный вампир, посмотрите вышедшего двумя годами раньше «Дракулу» — ещё одну пышную вампирскую готику начала 1990-х. Совсем иной образ, не денди, а чудовище, предлагает «Носферату» 2024 года. А вампиров на американском Юге, только в совсем другую эпоху, можно найти в «Грешниках».
