Триллер, который держится на лице Фостер
Принято считать, что этот фильм принадлежит Хопкинсу. Мы пересмотрели его и пришли к другому выводу: держит картину Джоди Фостер. Лектер эффектен, но он почти статичен — он сидит, смотрит, говорит. Вся работа по проживанию сюжета достаётся Клариссе, и Фостер делает её без единого крупного жеста. Её героиня постоянно сдерживается: поправляет интонацию, удерживает взгляд, проглатывает обиду. Именно на этом контрасте, сдержанность против абсолютной свободы собеседника, и рождается напряжение.
Это не значит, что Хопкинс нас разочаровал. Он рискует: его доктор говорит слишком красиво и слишком медленно, и в паре эпизодов эта манера граничит с позой. Но актёр точно чувствует, где остановиться, и оставляет персонажу закрытость. Мы так и не узнаём, чего Лектер хочет на самом деле, и это верное решение: объяснённый злодей пугал бы меньше. Хорошо и то, что фильм не делает из него обаятельного антигероя — восхищение его умом всё время уравновешено пониманием, кто сидит по ту сторону перегородки.
Демме принял очень разумное решение — не превращать историю в боевик. Расследование здесь не про оружие и не про скорость, а про внимание: кто что заметил, кто что недоговорил. Нам особенно понравилось, как фильм обращается с мелочами вроде фразы о рисунке на стене: зрителю оставляют возможность догадаться самому, и от этого сюжет ощущается честным. Хорошо работает и Питтсбург: обыденные улицы, жилые дома, офисы делают ужас ближе, чем любой готический замок.
Есть и слабые места. Доктор Чилтон написан слишком прямолинейно — он нужен сценарию как препятствие и как мишень, и каждое его появление легко предсказать. Линия похитителя тоже уступает главной: как только действие уходит от разговоров к поискам похитителя, фильм становится заметно привычнее, ближе к хорошему, но обычному триллеру девяностых. Это не провал, просто после сцен в камере любой другой материал кажется проще.
Отдельно хочется сказать о том, как фильм обходится с жестокостью. Он не стесняется темы, но почти никогда не задерживает камеру на том, что можно было бы показать подробно. Самое страшное происходит в словах и в паузах, а не в кадре. Поэтому картина хорошо пережила три с лишним десятилетия: она не устарела вместе со спецэффектами, которых в ней почти нет.
Кому мы бы советовали? Тем, кто любит детективы, построенные на диалогах, и тем, кто хочет понять, откуда растёт половина современных сериалов о профайлерах. Тем, кто ждёт классического хоррора с монстрами и скримерами, лучше настроиться заранее: это неторопливый и очень разговорный фильм. Но если принять его темп, он вознаграждает — в первую очередь игрой Фостер, которую мы считаем одной из лучших в американском жанровом кино.
Это не значит, что Хопкинс нас разочаровал. Он рискует: его доктор говорит слишком красиво и слишком медленно, и в паре эпизодов эта манера граничит с позой. Но актёр точно чувствует, где остановиться, и оставляет персонажу закрытость. Мы так и не узнаём, чего Лектер хочет на самом деле, и это верное решение: объяснённый злодей пугал бы меньше. Хорошо и то, что фильм не делает из него обаятельного антигероя — восхищение его умом всё время уравновешено пониманием, кто сидит по ту сторону перегородки.
Демме принял очень разумное решение — не превращать историю в боевик. Расследование здесь не про оружие и не про скорость, а про внимание: кто что заметил, кто что недоговорил. Нам особенно понравилось, как фильм обращается с мелочами вроде фразы о рисунке на стене: зрителю оставляют возможность догадаться самому, и от этого сюжет ощущается честным. Хорошо работает и Питтсбург: обыденные улицы, жилые дома, офисы делают ужас ближе, чем любой готический замок.
Есть и слабые места. Доктор Чилтон написан слишком прямолинейно — он нужен сценарию как препятствие и как мишень, и каждое его появление легко предсказать. Линия похитителя тоже уступает главной: как только действие уходит от разговоров к поискам похитителя, фильм становится заметно привычнее, ближе к хорошему, но обычному триллеру девяностых. Это не провал, просто после сцен в камере любой другой материал кажется проще.
Отдельно хочется сказать о том, как фильм обходится с жестокостью. Он не стесняется темы, но почти никогда не задерживает камеру на том, что можно было бы показать подробно. Самое страшное происходит в словах и в паузах, а не в кадре. Поэтому картина хорошо пережила три с лишним десятилетия: она не устарела вместе со спецэффектами, которых в ней почти нет.
Кому мы бы советовали? Тем, кто любит детективы, построенные на диалогах, и тем, кто хочет понять, откуда растёт половина современных сериалов о профайлерах. Тем, кто ждёт классического хоррора с монстрами и скримерами, лучше настроиться заранее: это неторопливый и очень разговорный фильм. Но если принять его темп, он вознаграждает — в первую очередь игрой Фостер, которую мы считаем одной из лучших в американском жанровом кино.
